Тебе скажут — не бейся, молчи, уползи в кусты,
Отлежись и забудь, что рождён для великих дел!
Этот Город-Унынье разводит свои мосты,
Не найдя уголка для тебя одного
нигде.
Тебе вспомнят всё то, от чего ты давно бежишь:
Неуменье, сомненье в себе, самый лютый страх...
Этот город не тучный Висбаден и не Париж,
А в граните застывшая воля царя
— Петра.
Тебе здесь не найти ни тепла, ни дельфиньих стай.
Самый солнечный день приключается в январе.
Руки сводит от холода в ливень (считай до ста
Миллиардов — а он не закончится,
хоть зверей!)
Тебе будут твердить, что и небо здесь — пелена,
Что у жителей в жилах не кровь, а вода Невы...
Вот тогда не сдавайся, дерзай, доплывай до дна,
Находи себя заново, вымокшим, но
живым!
На столбе тихий ангел в ночи полирует нимб.
Город-Пропасть велик и, как море, многоголос.
Ты глядишь в темноту, слыша каменное: «Шагни!»
И шагаешь. И вдруг... под стопой проступает
мост!
Не бывает, чтоб всё — без усилий и без забот,
Это — Питер, с дворами-колодцами, ты — на дне.
Но в груди резонирует звонкая сила от
Концентрации самого чистого
неба в ней.
