Господинов Георги
Что у тебя, спросила. Да так,
ответил, тихое английское утро. Читаю
Элиота, слушаю Beatles. О,
оживилась она, и как ты их смешал?
Как сливки с чаем, сказал.
Как чай со сливками, по-
правила она. Знаешь, не зло-
употребляй ты Элиотом —
он слишком английский и
горький.
И растворился в фарфоре,
в вечерних газетах,
в звоне ложечки. Он
был чаем, он был чаем… Эти
жучки просто снимали сливки.
Что у тебя, спросила. Да так,
ответил, тихое английское утро. Читаю
Элиота, слушаю Beatles. О,
оживилась она, и как ты их смешал?
Как сливки с чаем, сказал.
Как чай со сливками, по-
правила она. Знаешь, не зло-
употребляй ты Элиотом —
он слишком английский и
горький.
И растворился в фарфоре,
в вечерних газетах,
в звоне ложечки. Он
был чаем, он был чаем… Эти
жучки просто снимали сливки.